Людмила Улицкая - Зеленый шатер
– Люда, какой Израиль? При чем тут Израиль?
– Мама моя покойная, знаешь, была необыкновенно педантична, ни одной бумажки у нее не пропадало. Я уже после ее смерти нашла свидетельство о смерти моей бабушки по материнской линии, она в 1922 году умерла. Барбанель ее фамилия. Алта Пинхасовна Барбанель. Известный раввинский род. У мамы все бумаги сохранились – и свидетельство о рождении бабушки, и запись о перемене фамилии при браке. Бабушка стала Китаева после замужества. Ну и мамины все бумаги сохранились… Когда евреи слышат фамилию Барбанель, качают головами и языками цокают от радости. – Она говорила, как всегда, вялым голосом, без всякого выражения, и только лицо было милое, со всегдашней полуулыбкой. Славянское преславянское лицо, круглоротое и круглобровое…
– Какой еще Барбанель? Откуда?
– Искаженная фамилия, вообще то Абрабанель, я теперь узнала, сефардский очень известный род, там ученые всякие, талмудисты.
– Ни фига себе! В голову не укладывается! Ты – и Израиль! Бред какой то! Что ты там делать будешь? – Илью просто заколотило от неожиданности.
– Да мне все равно, может, и не в Израиль. Приглашение я получила из Израиля, а куда попаду, не знаю. Может, в Америку…
– Ну, хорошо, хорошо… Только объясни мне, как это тебе в голову пришло, черт те что! – никак не мог успокоиться Илья.
– Чего же тут не понять, Илья? Мне к пятидесяти, сердце плохое. Моя мама в сорок три от сердечного приступа умерла. Мне Илюшу оставить не на кого. А там лечебные учреждения хорошие, его возьмут, он не погибнет А здесь – что он без меня?
В комнату вошел Илюша маленький. Ростом он был несуразно велик и деформирован болезнью: руки с длиннющими кистями и тонкими вислыми пальцами, маленький подбородок и впалые глаза… бедный, бедный… Кроме аутизма, нашли и еще какой то редкий синдром, но и аутизма вполне хватило бы…
– …без меня, без меня, без меня… – угрожающе произнес он.
«« ||
»» [275 из
459]