Людмила Улицкая - Зеленый шатер
«Не в галстуке дело, конечно, – отметил про себя Дулин. – Природа такая. Сушеный, как сухарь».
Сам Дулин раздался последние два три года: ел много – за мать, за бабку, за весь тот детский голод, который засел в каких то глубинах, ведомых психиатрам.
Пошли вместе к метро.
– Вызвали на консультацию в спецотделение, – сразу же доложил Дулин.
Винберг поднял подстриженную бровь:
– Вот как? Доверие оказали. А вы член партии, Дмитрий Степанович?
– Конечно. Я же в армии после училища служил. Тогда всех принимали.
– Да, да, партийная дисциплина. Надо идти, – хмыкнул Винберг.
– Обычно Карпов… он в отпуске. – Дулин как будто оправдывался и сам себе удивлялся. – Видно, там у них алкоголик, или просто так, алкогольный эпизод в деле. Да в нашей стране, Эдвин Яковлевич, все пьют: и артисты, и академики, и космонавты. У нас недавно… – И Дулин рассказал про народного артиста.
– Я в лагере сидел с одним талантливейшим литератором. Исключительно образованный человек – Рильке в тюрьме переводил, чтобы не деградировать. Впрочем, вы вряд ли знаете Рильке. Здесь, в институте Сербского, этот самый литератор еще в начале тридцатых проходил экспертизу – мечтал, чтобы признали алкоголиком. Признали. И его тогда не посадили, а отправили на лечение. Три года провел в лечебнице. Бога благословлял и книги читал. Но потом все таки посадили. Да, Рильке, Рильке… Вот вам парадоксы времени: до войны в психбольнице от преследований скрывались, а ныне именно в психбольницы…
«« ||
»» [289 из
459]