Татьяна Устинова - Неразрезанные страницы
В этой затхлой комнатке с единственной лампочкой на потолке и зарешеченным окном он стал тем, кем был на самом деле и всегда – обыкновенным молодым мужиком, математиком и компьютерщиком, начальником отдела в издательстве!.. Все изменения, случившиеся в сознании в последние три дня, все бессонные ночи, страх, боль, унижения – ох, сколько унижений, и нужно было сопротивляться изо всех сил, просто чтобы остаться здесь, по эту сторону, не перейти на ту, где уже все равно и сопротивление не имеет смысла, – все эти изменения вдруг разом перестроились, как кусочки картинки в компьютерной игре, образовали единое целое и стали… частью его, прежнего.
Не наоборот, вот в чем все дело!..
Не он стал частью этого нового грязного, подлого и страшного порядка, а новый порядок уложился в него, и оказалось, что еще достаточно места для того, прежнего, нормального Владимира Берегового!..
Они не могли этого знать, девчонки, пришедшие спасти его, и, наверное, не должны. Но он закинул голову, порассматривал немного потолок, чтобы слезы не пролились, покашлял гулко – потому что у него на самом деле на несколько секунд пропал голос, и произнес ненатуральным трагическим басом:
– Спасибо.
Теперь он мог рассказать им все, что угодно. Всю правду.
Они не заметили в нем никаких перемен – ежу понятно!.. Женщины, что с них возьмешь.
– Значит, ты возле редакции «Дня сегодняшнего» кинул машину, ушел, а когда вернулся, к тебе привязался гаишник и требовал отдать права!
– Да. Но я все равно не отдал. Мы с ним базарили довольно долго, а потом я стал деньги ему совать, и он не взял. Он только сказал: козлы, мол, вы все, плюнул и ушел светофор переключать. Пока мы базарили, светофор не переключался, и там пробень собралась!..
– Так, и ты поехал прямо в поселок? Или останавливался где-нибудь?
«« ||
»» [192 из
391]