Татьяна Устинова - Неразрезанные страницы
– Ну чего? Хорошо сидим? Хорошо сидим, говорю!
– Не пугай ее, Колян. Толку не будет.
Тот вдруг обозлился.
– Да если бы не ты, паскуда, видал бы я суку эту в гробу! Все из-за тебя, урода!..
Маня поудобнее перехватила левую руку, которая все наливалась болью. Ей было так страшно, что она почти не могла дышать.
– Значит, так, – сказал тот, кого звали Коляном, подвигал носом, харкнул и плюнул на Манины ботинки. Она скосила глаза, чтоб не смотреть в его лицо. – Значит, заинька, ты сама нам сейчас все отдаешь, и мы уходим по-тихому. Ну, а если не отдаешь!..
Он разогнулся, помахал руками в разные стороны, как бы приготовляясь делать гимнастические упражнения, по-хозяйски огляделся, ни с того ни с сего пнул Манины ноги так, что она от неожиданности завалилась на спину.
– Костыли прибери, сучка!
И зашел в кабинет.
– Что тут есть-то хоть у тебя? Добра навалом! Навалом, говорю, добра нажила!.. Небось бабло по углам несчитаное распихано! Ничего, все найдем, чего сама не отдашь! А ты ведь все отдашь, заинька?
«« ||
»» [211 из
391]