Вадим Юрьевич Панов - Последний адмирал Заграты
Всё меняется…
Раньше, каких-то два года назад, по воскресеньям площадь обязательно наполнялась гуляющими людьми. Смех, разговоры, уличные фокусники, уличные паяцы, в ресторанах и кафе не протолкнуться, и никто не смотрит на часы. Два года назад воскресный Альбург не знал, что такое время, а сегодня лишь в перезвоне украшающих ратушу часов осталась хоть какая-то жизнерадостность.
Всё меняется…
Лилиан явилась, когда часы пробили шесть. Приехала в длинном, словно уложенная на землю швартовочная мачта, автомобиле ярко-красного цвета. Откидная крыша, кожаные диваны, блестящий на солнце хром, шофер в темно-синей униформе – выезд знатной дамы вызвал целый сонм завистливых взглядов. Еще одна примета времени: раньше на редкие пока автомобили и дорогие экипажи загратийцы с уважением указывали пальцами, теперь же посылают их обладателям злобные взгляды.
Шофер распахнул дверцу и предупредительно подал девушке руку. Но прежде вокруг автомобиля появились плечистые ребята в мешковатых черных костюмах – высыпали из подъехавшего следом закрытого черного авто. Телохранители.
Помпилио покачал головой: «Всё меняется…», поднялся на ноги и поприветствовал девушку:
– Лилиан.
– Помпилио.
Она успела переодеться, сменив ярко-красное платье на ярко-синее, однако его фасон по-прежнему вызывал у мужчин любые мысли, кроме целомудренных. Открытые плечи, глубокий вырез на груди, едва прикрывающая колени юбка – портной сделал всё, чтобы подчеркнуть природную красоту девушки. Длинные светлые волосы собраны под игривую, под стать платью, шляпку. На изящно очерченных губах играет улыбка, васильковые глаза смотрят весело, однако кажутся они кусочками льда, на который упал солнечный зайчик. Лилиан была прекрасна, но адигенский холодок делал ее красоту отстраненной, недоступной.
– Вот уж не думал, что ты выберешь автомобиль.
«« ||
»» [171 из
551]