Вадим Юрьевич Панов - Последний адмирал Заграты
– Передай Саммеру так: если побежит сегодня ночью, мои услуги будут стоить пятьсот цехинов, а вот начиная с завтрашнего дня поездка до сферопорта обойдется ему в тысячу.
* * *
Арендованный Лилиан особняк принадлежал королевскому ювелиру Саммеру и располагался на тихой Парковой улице, неподалеку от собора Святого Альстера. Дом был построен в те давние времена, когда переселенцы только осваивались на Заграте, а потому делали упор на надежность и защищенность жилищ, а не на их красоту. В те давние времена, когда Заграшлосс еще был настоящим замком, а весь Альбург состоял из пяти кварталов.
Толстые стены двухэтажного особняка прорезали узкие окна, больше похожие на бойницы, а небольшой сад окружала высокая стена – несмотря на многочисленные перепланировки, здание упрямо сохраняло родовые черты укрепленного поста. Зато к внутреннему убранству особняка не смог бы придраться даже самый взыскательный адиген. Умный Саммер понимал, что сможет выгодно сдавать дом только в том случае, если его обстановка заставит позабыть о неказистой внешности, а потому не поскупился. Древние стены покрывали панели из редких пород дерева, полы устилали дорогие хансейские ковры, изысканную мебель привезли из Кааты, а невероятной красоты хрустальные светильники – с Анданы. Внутри особняк казался фрагментом дворца, а потому недостатка в арендаторах у Саммера не было. Лилиан смогла здесь поселиться только потому, что напуганные загратийскими событиями жильцы съехали раньше срока.
Одной из немногих комнат, где строителям удалось избавиться от бойниц, расширив их до размеров нормальных окон, была главная гостиная второго этажа, из которой теперь открывался замечательный вид на Парковую улицу. Узенькую, мощенную булыжником, зато настоящую – альбургскую. Улицу, по которой когда-то ходил сам Альстер, первый король Заграты, ставший впоследствии святым ее покровителем. Тихая и спокойная, она тянулась до самого Шутливого парка. По утрам по ней пробегали молочники, за ними почтальоны, за ними – отправившиеся на рынок хозяйки и… и всё. Иногда проезжали коляски. Иногда спешили по своим делам случайные прохожие. Иногда проносилась стайка мальчишек.
Лилиан любила наблюдать за неспешной жизнью улицы. Если выпадала свободная минутка, девушка усаживалась в кресло с кружкой чая или кофе и, не отрываясь, смотрела в окно. В эти мгновения она представляла себя маленькой, все еще живущей в родительском доме, и ей казалось, что в комнату вот-вот войдет отец. В эти мгновения Лилиан была совершенно беззащитна, но только потому, что оставалась наедине с собой. А она сама была единственным в Герметиконе человеком, которому Лилиан безоговорочно доверяла.
Она сама и… может быть, еще…
С улицы Каменщиков свернула коляска, медленно подъехала и остановилась у ворот. Возница заученно слез с козел и снял кепку. Его лошадка, похоже, тоже прониклась важностью момента и встала «смирно».
Помпилио.
Лилиан улыбнулась.
«« ||
»» [201 из
551]