Вадим Юрьевич Панов - Последний адмирал Заграты
– Если понятно, тогда вперед.
Шлагбаум поднялся, пропуская нанятый Мерсой экипаж, а к пограничным воротам тут же подъехала следующая повозка. В Альбург пришел «Звездный тунец» – огромный, на шестьсот пассажиров, цеппель, – что вызвало в порту понятное оживление.
– Значит, уезжаете, – вздохнул старик, легонько шлепнув по крупу лошади вожжами.
Сидевший рядом Андреас удивленно посмотрел на возницу – тот впервые с начала поездки подал голос, – и уточнил:
– Я нанялся на цеппель.
Прозвучавшая фраза была очень похожа на попытку оправдаться. Прозвучала так, словно возница имел право укорять, а его, Мерсы, решение было постыдным. Странно прозвучала фраза. Наверное, потому, что Андреас не следил за тоном и произнес слова так, как их подумал. То есть попытавшись оправдаться. И перед возницей, и перед собой.
– Всё равно уезжаете, – пожал плечами старик. – Вы не обижайтесь, синьор, я не в укор… К тому же выговор у вас не местный, значит, всё правильно… Сейчас все уезжают.
У мачты «Звездного тунца» выстроилась очередь. Длинная серая очередь, в которой не было места улыбкам и веселым разговорам, что вьются обычно среди готовящихся к путешествию людей. Зато было много вещей и тревожных взглядов. И ощущение обреченности было, угнетающее чувство покорности судьбе.
«Фатум, фатум, фатум… Гермес, ты видишь?»
Повозка ехала мимо застывшей очереди медленно, настолько неспешно, что Мерса не выдержал и отвел взгляд.
«« ||
»» [224 из
551]