Вадим Юрьевич Панов - Красные камни Белого
Есть ли в Пустоте вещи страшнее Знаков? Теперь ответ известен: есть.
— Гребаная хня!
— Что делать?! — визжит рулевой.
Завыл забывший о часах старпом. И капитан с удовольствием присоединился бы к нему. Потому что…
Серое уже не штрихованное, теперь оно — пятна и вихри, что беззвучно налетают на цеппель и проходят сквозь. Теперь серое — шторм, но это полбеды: из штормящей Пустоты, случалось, уходили. Беда же в том, что прямо по курсу, в самом эпицентре урагана, сталкиваются два гигантских пассера. Кокетливый верзиец бьет в бок каатианскую рабочую лошадку. Или входит в бок? Какое слово правильное? Какое слово нужно использовать в данном случае? Наверное, никакое, потому что визжащий рулевой, воющий старпом и окаменевший капитан далеки от слов. И от мыслей тоже. Они стоят и просто смотрят на разыгрывающуюся перед ними драму. На то, как схлестываются сигары, окутываясь почерневшим серым.
— Разве переходы могут пересекаться? — громко спрашивает капитан.
Однако визжащие и воющие помощники его не слышат. Впрочем, ответ перед глазами: могут. Но свидетелей необычного зрелища не остается.
А еще беда в том, что «Дедушку Джо» несет прямо на погибающие цеппели, и серое за стеклом стремительно становится черным.
— Мы летим на них.
Тишина. Лишь легкое посвистывание выходящего воздуха. И от этого посвистывания только хуже.
«« ||
»» [389 из
694]