Вадим Юрьевич Панов - Красные камни Белого
— А сколько ты себя помнишь, Лео?
С мостика донеслось невнятное бормотание.
Хорошая получилась шутка. Правда, немножко злая. Привереда вновь вздохнула, вытерла испачканные руки тряпкой, и сообщила:
— Я скоро.
Грозный даже не спросил, куда она собралась:
— Угу. — И продолжил прислушиваться к стучащей турбине.
Ну и ладно, в конце концов, у него есть дела.
Девушка вышла в коридор, поежилась — в машинном отделении было значительно теплее, и быстро зашагала к ближайшему туалету. К маленькому, тесному и вонючему туалету, такому же неприглядному, как все остальное в этом цеппеле.
Вчера обрадованные путники об удобствах не задумывались, были счастливы, что им повезло отыскать неповрежденный корабль, предавались мечтам, но… Но улететь не удалось, эйфория прошла, выяснилось, что «Дедушка» окажется их пристанищем на неопределенный срок, и путники стали подмечать неприятные мелочи: темные, захламленные коридоры, устоявшийся запах пота, грязь… Люди, летавшие на «Дедушке», не забивали себе головы такой ерундой, как гигиена, старому капитану, судя по всему, на бардак было плевать, а в результате цеппель превратился в настоящую помойку. И если в коридорах и кубриках грязь еще можно было терпеть, то состояние туалетов приводило Привереду в неистовство.
«Вы люди или животные?»
«« ||
»» [482 из
694]