Вадим Панов - Праймашина
– И ты будь здоров, – прогудел в ответ местный воевода и, намекая, что приличные люди, даже Герои, должны соблюдать манеры, представился: – Генрих Ураган.
Плечи Изморози шевельнулись, и Маркус понял, что безликий смеется под маской, потешаясь над громким прозвищем Генриха.
– Серьезное имя, – прокомментировал слова воеводы Исподлобья. – Меня зовут Том. – И мгновенно перешел к делам: – Как гридийские дела текут? Тушканчики не досаждают? Удои не падают?
Лашар вздохнул: Тома не переделаешь, чинно спешился и приказал подбежавшему лакею:
– Доложи, что прибыл Маркус Лашар, рыцарь леди Кобрин.
Поскольку Лашар прибыл в Гридию не в качестве официального посланника, а, так сказать, по делу, это вызвало определенные трудности с этикетом. В первый раз повезло: кобрийцы появились, когда лорд Датос находился во дворе замка, рассуживая споры крестьян и купцов – в обязанности лорда входило и такое. Мероприятие, которое впоследствии стали гордо звать аудиенцией, провели там же, в окружении стражников и простолюдинов, и заняло оно предельно малое время: Лашар изложил просьбу, представил документы и получил разрешение охотиться за Стеклодувом. Вот, собственно, и все.
Теперь же, поскольку речь зашла об официально испрошенной аудиенции, ситуация усложнилась. Принимать Лашара в тронном зале, в присутствии свиты, не представлялось возможным – не по чину, а от разговора в кабинете тоже пришлось отказаться, дабы не обидеть пославшую рыцаря леди. В конце концов, выход нашелся: кобрийца пригласили в тронный зал, но специально готовить его не стали, даже люстру главную не включили – полутемное помещение должно было намекнуть Лашару, что испрошенная им аудиенция гридийского владетеля не радует.
– Лорд Датос. – Вошедший кобриец низко склонил голову. – Рад видеть вас в добром здравии.
– За эти дни ничего не изменилось, рыцарь Лашар, – усмехнулся лорд. – О чем ты хотел поговорить?
Датос никак не ответил на почтительное приветствие кобрийца, не пожелал долгих лет его повелительнице, и этот факт не укрылся от стоящих рядом с троном Карлоса и Ханса. Такое поведение балансировало на грани оскорбления, но Лашар предпочел его не заметить. Тон кобрийца остался спокоен и уважителен.
«« ||
»» [144 из
581]