Вадим Панов - День Дракона
Гул заставлял дрожать стены, те, что еще не были расплавлены. Гул делал воздух густым, вязким, словно прозрачное, сковывающее движение желе. Гул разгонял Тьму, превращая черные тени в блеклые серые пятна.
Гул тисками сдавливал черное, заставляя штурмующих нервничать и отступать. Под натиском заклинания. Под натиском мечей.
Гул позволил осажденным перейти в контратаку. Их осталась горстка, жалкие крохи на фоне накатывающихся арнатов, но Гул, идущий с нижних уровней, казалось — из сердца самой Земли, придал им сил. Вряд ли они верили, что могут победить. Вряд ли они надеялись спастись. Вряд ли они вообще о чем-нибудь думали, кроме боя.
И река черной крови, казалось, уже успокоившаяся, притихшая, заполнившая все, что можно, потекла с новой силой.
Защитники подземелья врезались в текущий с верхних уровней черный поток. Они напоминали одиночные камни, которыми пытаются сдержать прорвавшую дамбу воду. Они должны были раствориться без следа, но… Это был тот самый случай, когда число и умение уступали ярости и неукротимости. И древнему заклинанию, вызванному в глубинах Крепости. Каждый из защитников поражал не меньше десятка врагов. А то и больше. Каждый наводил ужас на штурмующих. Каждый был сильнее дракона, и в каждой груди билось сердце льва. Но…
Слишком поздно.
Прячущийся на нижних уровнях колдун опоздал, и мощнейшее заклинание лишь продлило агонию.
Защитники крепости демонстрировали чудеса, однако стратегическое преимущество давно перешло к штурмующим. И умирать они тоже не боялись. И готовы были платить десятью смертями за каждого упавшего противника. И платили.
И шли вперед.
Защитники падали, пронзенные обсидиановыми клинками, их пальцы царапали железные стены подземелий, черная кровь растекалась по железным полам, а с губ срывался шепот:
«« ||
»» [230 из
1139]