Вадим Панов - День Дракона
Почти правда. Почти. Потому что, поговорив с Яргой, Витольд перезвонил Итару. Но Кумар намеренно построил фразу так, чтобы не лгать.
— А зачем Ундер понадобился… духу? У вас есть хотя бы догадки? Может, пребывая в заточении, дух говорил о чем-то? Намеки? Случайные фразы?
— Мы не рисковали и почти никогда не вынимали кляп из его рта, — развел руками шас.
— Предусмотрительно, — одобрил Сантьяга. — Как же ему удалось сбежать?
— Это моя вина. Только моя.
И опять полуправдивый ответ прозвучал предельно искренне. Самое главное — правильно построить фразу.
Итар и Витольд решили по возможности скрыть историю посещения хранилища Центрального Банка. Соображения у них были разные, друг с другом они ими не делились, просто Ундер сказал, что не хотел бы рассказывать об ограблении, а Кумар с ним согласился. Именно поэтому Итар сказал правду: «это моя вина», ведь появление Красных Шапок спровоцировал его визит к Урбеку, но не уточнил, в чем эта вина заключалась.
А Сантьяга не переспросил. Он размышлял.
— У вас есть догадки, что удержало духа в плену? Ведь он может прыгать из тела в тело.
— На нем был только один артефакт — «Рыбацкая сеть».
«« ||
»» [474 из
1139]