Вадим Панов - День Дракона
Сначала — смешанная с отчаянием оторопь. Дикое, рвущее душу понимание того, что сделать ничего не удастся. Не дадут. Ленивым щелчком сбросят с доски пешку по имени Витольд Ундер и продолжат свою партию с вырвавшимся из Железной Крепости чудовищем без лишних помех. Без путающегося под ногами щенка.
А потом Витольд услышал приглушенные голоса, догадался, что попал в разгар совещания, и…
— В настоящее время Ярга находится у Дегунинского Оракула.
И раздались короткие гудки.
«Они позволили мне пойти! Они все поняли!»
Вернулась уверенность. Вернулся холодный расчет ожидающего начала схватки воина. Набирая номер Сантьяги, Ундер был готов начать бой в любой момент, и теперь ему оставалось лишь чуть изменить заклинание портала, давая переходу новое направление, и шагнуть в появившийся перед ним вихрь.
На этот раз внутреннее убранство «электроподстанции» не пряталось во мраке. В центре зала на четырех колоннах, вырезанных из горного хрусталя, находилась огромная сфера золотистого берилла. Исходящее от нее сияние освещало и пол, выложенный ларнайским мрамором, и стены зеленой яшмы, и куполообразный потолок, свод которого покрывал нежно-голубой лазурит. В слегка мерцающем свете в полной мере проявлялось великолепие древней постройки.
— Ты принес хорошую душу, — негромко произнес Оракул.
Он принял излюбленный облик очень толстого мужчины с сальными губами, огромным сизым носом и чудовищных размеров животом, который не могла скрыть коротенькая жилетка. Нынешний вид Оракула резко контрастировал с обликом гостя — высокого и стройного нава.
— Загадочную душу, — продолжил Оракул, — полную противоречий.
«« ||
»» [525 из
1139]