Вадим Юрьевич Панов - В круге времен
Седьмой удар часов.
Мельница фонтанирует клубами белой пыли. Или муки? Или малюсеньких снежинок, несущих смерть и мор? Что молол Мельник? Что бросает он во врага в безнадёжной попытке заставить нелюдей отступить? Энергию. Чистую, как белый снег, жгучую, как белая метель, острую, как белый лед, и не исковерканную боевыми арканами энергию. Мельник шлет во врага простой магический поток, но он настолько плотен и мощен, что распыляет первую линию зелёных колдуний. Превращает в белую пыль и смешивает с белой пылью. Чужая энергия – хуже лезвий. Ведьмы даже не вскрикнули – не успели, исчезли, обратившись в белое, став смертоносными пылинками, вьющимися вокруг союзников. На один миг Мельнику удается пошатнуть напор нелюдей, но соперничать с тремя прорвавшимися Источниками он не в силах. Тьма, прохлада и огонь сплетают беспощадный кулак и бьют одинокий домик наотмашь, опрокидывая на засевшего внутри хозяина каменную кладку стен.
Девятый удар часов.
На губах пузырится кровь, плечо разорвано, расколотый щит под ногами, меч описывает невнятные «восьмерки», но он все ещё страшен. Кузнец хрипит, пытается атаковать и не слышит визга воеводы, которой он отсек руку. Он ещё жив. Он в бою. Он знает, что нужно пережить эту страшную…
Мельник раздавлен, ему нечем дышать, но он ещё жив. Уже не в бою, но ещё не мертв. Он знает, что нужно пережить эту проклятую…
«Навский аркан» жадно высасывает энергию, превращая защиту в легкую дымку. Выпады нелюдей проходят, и белые одежды пропитались кровью. Рубаха липнет к телу, хлюпает в сапогах темно красное, но Сказочник все ещё жив, все ещё отвечает нелюдям опасными ударами, заставляя их отступать и уклоняться. Он стоит посреди горящих Выселок и улыбается. Он знает, что нужно всего лишь пережить эту длинную…
…кровавую полночь.
Хотя бы на секунду пережить.
Всеми забытый Лодочник ползет к догорающему своему суденышку. Он пронзен, растерзан, обескровлен. Он должен был умереть первым, но цепляется за эту сторону железной своей волей. И ненавистью. Он чувствует, как холодная вода вливается в его раны и выходит из тела вместе с жалкими остатками жизни. Он – пробитый мешок, из которого вытекает будущее. Он кладет руки на горящее дерево лодки, но не кричит, а улыбается, потому что…
Двенадцатый удар.
«« ||
»» [363 из
554]