Михаил Веллер - Баллада о бомбере
- Вы что имеете в виду?
- Иван Григорьевич, почему вам, с вашим послужным списком, не дали Героя и Заслуженного?
Происхождения вы рабочего, член партии, русский, фронтовик, орденоносец, летчик высшей квалификации. В чем дело? ЧП, аварии, выходки? А? Ведь несправедливо же?
- Ни одной аварии, говорит, у меня никогда не было. За все девять тысяч часов. Не считая... и умолкает.
- Давайте, говорит, окошечко откроем. А то вы накурили немного... нет-нет, пожалуйста, я сам курил! Просто тепло, свежий воздух.
Выпили мы с ним по последней, и достал он из тумбочки одинокую бутылку «Жигулевского».
- Понимаете, говорит, дорогой, времена ведь бывали всякие, и о многом писать нельзя. Никто не позволит, да и зачем, понимаете... не все знать надо.
Ну например. Как-то в сорок втором прикрывала нас в вылете шестерка истребителей с соседнего аэродрома. Отбомбились мы без потерь, вернулись домой, садимся. Истребители помахали нам крылышками и отвалили к себе. И только они скрылись, мы уже на стоянки заруливаем, последнее звено садится из облака вываливаются неожиданно два «мессершмитта»! С ходу, с пикирования, срубили двух последних и исчезли раньше, чем наша ПВО смогла открыть огонь! Потеряли две машины, два экипажа, уже дома, понимаете.
Так вот. В двадцать четыре часа командира истребительного прикрытия расстреляли полевым трибуналом. Потому что был такой приказ. Не имеет права отлучаться ни при каких обстоятельствах.
Охранять ценой собственной жизни! А мы ведь еще не все зарулили и замаскировались. Все нарушение приказа, бросил, понесли потери, виноват, расстрел. А что вылет был на пределе их радиуса действия, что они на последних каплях горючего домой сели это никого не интересовало.
«« ||
»» [17 из
51]