Сергей Волков - Чингисхан.
Темуджин молчал.
– Или ты хочешь сразу сесть вот здесь, на расшитом ханском войлоке? – Таргитай перестал улыбаться. Смолкли и пирующие. Теперь все смотрели только на Темуджина.
Темуджин молчал.
– Ты, одетый в рубаху из шкурок сусликов нищий оборванец – ты хочешь стать ханом?! – заревел Таргитай-Кирилтух. – Этому тебя научила твоя потаскуха-мать? Запомни, щенок: женщины не должны вмешиваться в дела мужчин! Их удел – ублажать нас, готовить пищу и растить детей. Я сам воспитаю тебя, Темуджин. Ты будешь жить вместе с моими холопами. А теперь бери лепешку – и убирайся!
Темуджин молчал.
Люди вокруг зашевелились. Кто-то негромко засмеялся, кто-то отчетливо произнес:
– Слаб этот Темуджин против своего отца. Тот бы не стерпел, когда оскорбляют его мать. Может он, и правда не Есугеева семени?
Мальчик поднял голову и сквозь спутанные волосы посмотрел в выпученные глаза Таргитай-Кирилитуха. Вновь воцарилось молчание, нарушаемое лишь треском еловых поленьев. Темуджин шагнул вперед и изо всех сил ударил ногой по серебряной тангутской чаше с кумысом. Белая жидкость залила кушанья, с шипением растеклась по земле.
– Ты не родич мне! – крикнул Темуджин. – Ты – трусливый пес, лающий только когда рядом нет волков! Обманом захватил ты все, что по праву принадлежит мне и семье моей! Мой прадед Хабул…
Хан не дал ему договорить. Зарычав, Таргитай-Кирилтух вскочил, выдернул нож из деревянного блюда и, наступив в миску с творогом, бросился к мальчику. Темуджин попытался сопротивляться, но где было десятилетнему мальчику справиться с взрослым мужчиной? Таргитай легко опрокинул его, свалил на землю, поставил ногу в тяжелом сапоге на грудь.
«« ||
»» [123 из
237]