Сергей Волков - Чингисхан.
Мы молчим уже минут десять. Я – потому что мне нечего сказать, все уже сказано, а Маратыч… Он как будто уснул, опустив исхлестанную шрамами голову на грудь.
– Получается, что выхода у меня нет, – со вздохом говорю я, главным образом, чтобы напомнить Маратычу о себе. – На завод, подсобно-транспортным рабочим, пожалуй, возьмут, а куда-то в приличное место – вряд ли.
– Выход всегда есть, – не меняя позы, говорит Маратыч. – В твоем случае он для меня очевиден.
– И что же это?
– Армия. Срочная служба.
Я ковыряю носком кеда пол. Что тут скажешь? Мой тренер прав. Все гениальное просто. За два года многое забудется, многое поменяется.
– Но осенний призыв вроде закончился.
– Не волнуйся, армия – не трамвай, с остановки не уйдет. Подниму старые связи.
– А как же спорт?
– Все учтено могучим ураганом, – говорит Маратыч и развивает свою мысль: – С твоим уровнем подготовки ты попадешь в спортивную роту. Будешь так же ездить на соревнования, тренироваться. Только выступать тебе придется за ЦСКА. Вот и вся разница. А когда дембельнешься, сам уже решишь, что тебе ближе.
«« ||
»» [130 из
237]