Сергей Волков - Чингисхан 2.
- Она вместе с мужем пряталась в кустах на речном берегу, - смеясь, сказал Боорчу. - Ее муж хорошо бегает, быстро. Как заяц!
Чингисхан довольно расхохотался. Есуган коротко взгляну¬ла на испуганную, трясущуюся то ли от холода, то ли от ужаса сестру и безропотно уступила ей место рядом с каганом, сев ниже, у ног Чингисхана.
Есуй зарделась. Она поняла, что ее привезли не на позорную смерть. Гордо подняв прекрасную голову, девушка, как была босиком, шагнула на белый ханский войлок и опустилась по правую руку от хана всех монголов.
- Женщины татар, наверное, рождены от другого корня, - сказал он, улыбаясь, и отрезав кусочек баранины, вложил его в рот Есуй. - Их мужчины храбры, но злобны и коварны. Женщины же умны и покладисты. Это хорошо! Эй, люди, наливай¬те арху в чаши! Хвала Вечному Синему небу, сегодня у вашего Чингисхана славный день!
Ответом ему был боевой клич монголов, исторгшийся из гло¬ток тысяч нукеров:
- Хурра!!
Пиршество шло своим чередом. Запах жареного мяса плыл над степью, смешиваясь с горьковатым ароматом полыни. Зве¬нели бубенцы на ногах танцовщиц, глухо выли в руках музы-кантов моринхуры, дробно стучали барабаны. Упившихся до беспамятства нукеров оттаскивали подальше от костров - что¬бы не обгорели во сне. Повсюду слышались смех, веселые пес¬ни, здравицы жениху и благодарения Вечному Синему небу.
Чингисхан, сидя между двух новых жен, по очереди кор¬мил их из своих рук, тем самым оказывая девушкам высшую честь - быть удостоенными внимания царя царей. Близилась полночь. Белый Кречет поднимался в ночной зенит. Подходил срок, когда жених должен был уединиться с невестой в свадеб¬ной юрте.
Уже собираясь вставать, Чингисхан вдруг заметил смятение и испуг на лице Есуй.
- Что опечалило тебя, о звездочка в ночи моей любви? - спро¬сил он.
«« ||
»» [217 из
244]