Полина Волошина, Евгений Кульков - МАРУСЯ
И без того раздолбанная тропинка теперь была вообще едва проходима. Ботинки скользили по глине, спотыкались о камни и путались в высокой траве.
В саду было темно и пусто — логично, по такой погоде. Оно и к лучшему, меньше шансов кого-нибудь встретить. Маруся свернула с тропинки и пошла вдоль забора, раздвигая руками кусты и стараясь думать о чем-нибудь приятном.
Она вспомнила, как перед поездкой в Сочи поспорила с одним парнем, что угонит мусоровоз. В четыре часа утра, когда машина подъехала, Маруся выбежала из засады и, размазывая слезы по лицу, просила спасти котенка, который застрял между веток на дереве. Когда водитель вылез, она мигом запрыгнула в кабину и погнала страшный светящийся грузовик к небоскребам Москва-Сити, где ее уже ждали друзья. А потом они веселились до такой степени, что Маруся даже не поняла, как очутилась дома с полными карманами полароидных снимков (Боже, и где они раскопали эту камеру?), а потом, потом пришла милиция и папа, который только что вернулся с международного экономического форума… Как же он тогда кричал!
— Ой, ударит!
Маруся остановилась. В ее мысли внезапно ворвался детский крик; она вернулась в дождливый Зеленый город.
— Не ударит!
— Ударит!
Что-то знакомое… Маруся выглянула из-за кустов и увидела угрюмо стоящего или, правильней сказать, стоящую под проливным дождем мамонтиху. Митрич низко склонила голову, уткнувшись хоботом в траву, а откуда-то из-под ее брюха раздавались звонкие детские голоса.
— В дерево ударит, а сюда не ударит!
— А чем же мамонт отличается от дерева? Он что, не проводник?
«« ||
»» [283 из
448]