Шимун Врочек - Рим. Книга 1. Последний Легат
Краем глаза я вижу: легионеры бегут за светловолосым германцем. Длинные рукава рубахи… стоп. Тут я понимаю одну вещь, но оставляю ее на потом, потому что сейчас мне не до того. Я стою перед германцем и молчу.
Варвары тоже молчат. Тот германец, что оскорблял легионера, стоит словно бы отдельно от остальных. Он смотрит на меня и усмехается. Пятеро варваров рядом, но отдельно от него – ждут, что будет.
Я молчу. От ярости у меня звенит внутри. Я – чертов легат Семнадцатого. Сенат и народ Рима!
Германец бросает мне что-то на своем хрипяще-рыкающем грубом языке. Я не понимаю ни слова, но тон – презрительный и издевательский – тут ошибки быть не может.
Я улыбаюсь. Нащупываю рукоять пугио – короткого кинжала, она деревянная и рельефная. Сжимаю ее, вытягиваю кинжал из ножен. Смотрю варвару в лицо – глаза его светлые и слегка озадаченные. Я много меньше его ростом, к тому же римлянин. Возможно, этот германец не раз ходил в разбойничьи набеги на тот берег Рения, пощипать богатые города Косматой Галлии. Возможно, он даже встречал и убивал римлян – не легионеров, а обычных землевладельцев.
Лицо варвара гладко выбрито. Я смотрю на его кадык, выступающий под кожей, – он почти утоплен в крепкой шее, но… Я вполне способен прорезать там второй рот. И – улыбайся сколько хочешь.
«Гай, ты слишком…»
Варвар начинает смеяться. Он один смеется, словно приглашая друзей разделить его радость. Но они молчат. Все вокруг молчат – я чувствую, как вокруг меня сгущается, застывает тишина. Рыночная площадь, германец и римлянин – и тут вопрос важнее, чем то, сколько стоит сегодня мера овса или телячья шкура…
Когда-то Гаю Юлию Цезарю, чтобы установить в Галлии мир, пришлось отрубить руки четырем тысячам кадурков. А потом разослать выживших безруких калек вместе с когортами по Галлии, чтобы ужаснулась она вся. Чтобы варвары поняли, что мы настроены серьезно. Впечатляет не сама жестокость, а масштаб жестокости.
– Вахум? – говорит германец.
«« ||
»» [118 из
376]