Джефф Грабб - Последний Страж
Были и другие кланы: Молот Сумерек, находящий высшее наслаждение в разрушении, и Пылающий Клинок, у которого, судя по всему, вообще не было лидера – это было скорее некое самостийное анархическое сообщество внутри того хаоса, который представляла собой Орда. Су-ществовали и более мелкие кланы, такие как Грабители Бурь, которыми управляли воины-маги. Кхадгар подозревал, что Гарона отчитывалась перед кем-то из Грабителей Бурь – хотя бы потому, что к ним у нее было меньше претензий, чем к остальным.
Кхадгар записывал все, что мог, и посылал свои заметки Лотару. В башню приходило все больше корреспонденции со всех краев Азерота – создавалось впечатление, что Орда начала вы-плескиваться из Черной Топи, распространяясь во всех направлениях. Орки, которых еще год на-зад считали не более чем слухами, теперь попадались повсюду, и Штормбургская крепость объя-вила осадное положение, чтобы бороться с подступающей угрозой. Кхадгар не делился с Гароной плохими новостями, но сообщал Лотару все мельчайшие факты, которые ему удавалось собрать, от вражды между отдельными кланами вплоть до их излюбленных цветов. Клан Черной Скалы, например, по каким-то причинам отдавал предпочтение красному цвету.
Кхадгар делал также попытки сообщать новости Медивху, но мага совершенно не интересо-вала обстановка в королевстве. Его беседы с Гароной становились все реже, и пару раз Кхадгар обнаружил, что Медивх покинул башню, не предупредив его. Даже находясь в башне, маг казался недосягаемым. Несколько раз Кхадгар натыкался на него, когда он сидел в одном из кресел в об-серватории и бездумно глядел в черную азеротскую ночь. Он был теперь более угрюмым и раз-дражительным, более склочным и ворчливым, чем прежде.
Его недовольное состояние духа не укрылось и от других обитателей башни. Мороуз, выходя из покоев хозяина, не раз посылал Кхадгару покорный взгляд, исполненный долготерпения муче-ника, А Гарона как-то раз даже сама заговорила об этом. Они тогда сидели, рассматривая «карты всех известных географам земель». А поскольку все эти карты делались в Штормбурге, они отли-чались прискорбной неполнотой, даже когда дело касалось Лордаэрона.
– Скажи, он всегда такой? – спросила она.
– У него часто меняется настроение. – Кхадгар попытался уйти от ответа.
– Это, конечно, так; но когда я впервые увидела его, он казался более живым, заинтересо-ванным и уверенным в себе. А сейчас он какой-то…
– Рассеянный? – подсказал юноша.
– Одурманенный, – поправила Гарона, скривив рот в гримасе отвращения.
Кхадгар не мог не согласиться. Позднее, этим же вечером, он поднялся в обсерваторию и до-ложил магу о том, что в башню поступило большое количество писем с лиловыми печатями, и все просили о помощи.
«« ||
»» [159 из
234]