Айрон Розенберг - Темный прилив
Странно, что Лотар не выбрал Утера старшим офицером. Может, чувствовал: Утерова набожность сильно затруднит общение с менее набожными людьми. Но громоздить ответственность и власть на неопытного юнца… чем же заслужил такое доверие и почет? Да и заслужил ли вообще?
Лотар считал: заслужил. А Первому рыцарю Штормграда – опытному, мудрому, – безусловно, виднее. Воин изумительной силы и мастерства, могучий вождь, кого слушают беспрекословно, человек, вызывающий уважение и доверие в любом. Уже воины зовут его за глаза Лев Азерота, вспоминая, как сверкал его щит на холмах Хилсбрада. Эх, себе хотя б частичку харизмы, опыта, властности!
И до Утерова благочестия ведь ох как далеко… и веры такой нет и малой толики, и сил, дарованных ею. Конечно, Туралион верил в Свет Небес, верил сызмальства, и послушничество привело его ближе к чудесной явленности Света. Но никогда прямо не ощущал его полную силу, лишь неверные отблески или явление его другим. А после пришествия Орды и битв с нею вера не укрепилась – скорее, пошатнулась.
Ведь Свет Небес живет в каждом существе, в каждом сердце и душе. Он везде, он – энергия, связывающая все разумные существа. Но эти орки… они же чудовищны, ужасны! Свершаемое ими не поддается разумному объяснению. Гнусные падшие звери, чьи грехи не смыть раскаянием, кому нет ни прощения, ни искупления. Как же столь мерзкие существа могут быть частью Света Небес? Как его сияние может жить среди их кромешной тьмы? А если и живет – как же его чистая сила, его любовь и сострадание столь легко побеждены злобой и тьмой? А если в орках нет Благого Света, значит, то, чему учили Туралиона, неправда!
Сомнения, сомнения – разъедают, терзают. Во что верить и как? Пытался молиться уже после пришествия Орды, но всякий раз молитва казалась лишь горсткой пустых, бессмысленно затверженных слов. Они не трогали, не будили сердце – а без того ничего не значили и не достигали. Другие паладины способны благословлять воинов, ощущать зло, даже исцелять ужаснейшие раны одним прикосновением. А он, Туралион, не может. Наверное, и никогда к тому способностей не было, а теперь и подавно. Возможно, никогда и не будет.
– Снова ты затих. – Кадгар склонился к нему, толкнул рукой шутливо. – Не задумывайся слишком, а то в рассеянности с лошади свалишься.
По дружески говорит, шутливо, но в голосе сквозит тревога. Туралион улыбнулся натужно.
– У меня все хорошо, и вовсе я не рассеянный, – заверил мага. – Задумался, что мне делать дальше.
– Делать дальше? Ты что имеешь в виду? – Кадгар оглянулся, посмотрел на ряды марширующих воинов. – Ты отлично справляешься, подгоняешь войско, и оно спешит со всех ног. Надеюсь, мы успеем настичь Орду, прежде чем она натворит слишком много бед.
– Я знаю. – Туралион нахмурился. – Если б только мы сумели достичь эльфийского леса раньше Орды… может, Аллерия и права – стоило отпустить ее, пусть бы бежала впереди нас. Но как подумаешь, что ее могут изловить, могут…
«« ||
»» [116 из
248]