Уилбур Смит - Лучший из лучших
Берега реки Вааль покрывали ямы и холмики: когда-то здесь работали старатели, а теперь все заброшено и заросло травой. Массовое захоронение несбывшихся надежд, вот что здесь такое. При виде этого запустения радость первого дня пути испарилась.
Впервые в жизни Ральф был свободным человеком и мог делать все, что вздумается. Шагая рядом с собственным фургоном, он мечтал о богатстве: его фургоны – пятьдесят, нет, целых сто фургонов! – повезут грузы через весь континент, возвращаясь на юг с золотыми слитками и слоновой костью. Он представлял себе огромные пространства, стада слонов, домашний скот – богатства севера манили его, наполняя уши сладким зовом сирен. Спуск на землю оказался весьма болезненным: перед Ральфом лежал заброшенный прииск, где другие напрасно пытались поставить себе на службу этот гигантский спящий континент.
Внезапно Ральф почувствовал себя очень маленьким и одиноким. Ему стало страшно. Подумав об отце, он вспомнил его прощальные слова и еще больше расстроился.
«Убирайся и будь проклят!»
Не такого расставания он хотел. Всю жизнь Зуга Баллантайн был для сына примером, недостижимым идеалом в мыслях и поступках. Как ни тяготило возложенное на него отцом бремя долга, как ни злился Ральф на невозможность принимать собственные решения, вынужденный подчиняться приказам, предписывающим каждое действие, теперь ему казалось, будто огромную часть души внезапно отрезали.
Прежде Ральф не думал о том, что потерял отца, не позволял жестоким прощальным словам врезаться слишком глубоко в сердце. Теперь грязная, медленно текущая река отделила его от прошлого. Вернуться невозможно – ни сейчас, ни потом. Он потерял отца, брата и Яна Черута. Он остался один. Горькие слезы обожгли веки. Перед глазами все поплыло, и почудилось, что на той стороне широкой реки появился всадник. Он небрежно сидел в седле, положив руку на пояс. Посадку головы невозможно было спутать ни с кем.
Ральф медленно поднялся, не веря своим глазам, и вдруг скатился по крутому склону и, по пояс в воде, перешел реку вброд.
Зуга спрыгнул с Тома и побежал навстречу выходящему на берег Ральфу. Отец и сын остановились, пристально вглядываясь друг в друга. Последний раз они обнялись в ночь похорон Алетты и теперь, хотя в глазах обоих светилось желание раскрыть объятия, не могли на это решиться.
– Я не хочу, чтобы наше расставание омрачилось ссорой, – сказал Зуга.
У Ральфа перехватило горло.
«« ||
»» [301 из
661]