Уилбур Смит - Неукротимый, как море
Подняв глаза, он с удивлением обнаружил, что очутился напротив Кенсингтонского музея естественной истории на Кромвель роуд, и направился было к главному входу, однако часы показывали уже без четверти шесть, и ворота оказались на замке. Впрочем, Саманта все равно не проводила бы время в открытых для публики залах; скорее она скрылась где то в лабиринте хранилищ под громадным зданием. В считанные дни девушка обзавелась полудюжиной поклонников из числа сотрудников музея. Ник почувствовал укол ревности, представив Саманту в кругу других людей, общением с которыми она наслаждается и с удовольствием предается научным беседам... Она вообще, наверное, позабыла о его существовании.
Тут Ник сообразил, что несправедлив к ней: ведь лишь минутами ранее в нем, можно сказать, кипели воспоминания о другой женщине. Лишь теперь он начинал отдавать себе отчет в том, что можно быть одновременно влюбленным в двух разных женщин двумя совершенно разными способами.
Обеспокоенный, раздосадованный, раздираемый конфликтующими чувствами лояльности и привязанности, он пошел прочь от закрытых кованых ворот музея.
Квартира Николаса располагалась на пятом этаже одного из перестроенных и заново декорированных зданий возле Квинс Гейт.
Внутри все выглядело так, словно здесь побывал цыганский табор. Ник так и не удосужился развесить картины, не расставил книги по полкам. Полотна в рамах были прислонены к стенкам холла, а книги стопками выстроились в самых неожиданных местах на полу гостиной. Ковер до сих пор не раскатали, и он сиротливо лежал вдоль плинтуса. Из всей обстановки в глаза бросались два кресла напротив телевизора да еще пара стульев возле обеденного стола.
Что и говорить: чисто утилитарное место для сна и приема пищи, с минимальным набором удобств. За прошедшие два года он, наверное, провел здесь не более двух месяцев, да и то не подряд. Жилище – но предельно обезличенное, в нем не было ни тепла, ни воспоминаний. развязывая галстук и скидывая пиджак с плеч. Здесь обстановка была иной, о чем свидетельствовали следы присутствия Саманты. Хотя она застелила постель перед уходом, из под кровати выглядывала пара туфель, о которые можно было запросто споткнуться и сломать ногу; на тумбочке в изголовье небрежно рассыпаны женские украшения, рядом текстом вниз лежит раскрытая книга Ноэла Мостерта «Суперкорабль», готовая треснуть в корешке; дверца платяного шкафа распахнута, открывая взгляду мужские костюмы, решительно загнанные в угол, чтобы освободить место для платьев и брючных нарядов Саманты; на краю ванны лежит пара высыхающих после стирки весьма эротичных прозрачных трусиков; на кафельном полу рассыпана пудра, а вся квартира пронизана запахом ее особенных духов...
Ник соскучился по ней до боли в груди, так что когда бухнула входная дверь и Саманта ворвалась в прихожую подобно вихрю, который научился кричать человеческим голосом «Николас, это я!», – он бегом бросился навстречу и стиснул в объятиях это долгожданное видение в ореоле растрепанных волос. Щеки девушки отливали золотистым загаром.
– Ого... – хрипловатым шепотом сказало видение. – Совсем оголодал мой малыш...
Они упали на кровать, прильнув друг к другу с такой силой, которую можно сравнить разве что с отчаянием...
Потом лампу включать не стали, хотя в комнате совсем стемнело, если не считать тусклых потолочных бликов от уличных фонарей, пробившихся сквозь шторы.
«« ||
»» [221 из
450]