Уилбур Смит - Взгляд тигра
– Совсем голову потерял, – буркнул я. – Ведем себя словно школьники на пикнике. С сегодняшнего дня не забываем о безопасности – старый друг Сулейман Дада где-то неподалеку, и «Мандрагора» объявится в этих водах раньше, чем хотелось бы.
– Сколько времени нам нужно? – спросила Шерри.
– Не знаю, милая, но не сомневайся – больше, чем рассчитываем. Тормозит необходимость завозить воду и топливо со Святой Марии; работать в заводи мы сможем лишь по несколько часов во время прилива, пока позволяют состояние и уровень воды. Неизвестно, с чем столкнемся на дне, и, наконец, не исключено, что ящики полковника находились в кормовых трюмах «Утренней зари» – в той части судна, которую унесло в открытое море. Если так, останемся ни с чем.
– Все это мы уже обсудили, пессимист несчастный, – упрекнула Шерри. – Не думай о плохом.
Не теряя времени, я истово внял совету; от приятных мыслей и дел нас отвлекла крохотная темная точка на бронзовой глади моря – вельбот Чабби возвращался со Святой Марии.
Спустившись с вершины, мы выбежали через пальмовую рощу на берег. Низко сидящий в воде, тяжело груженный вельбот как раз обогнул остров и заходил в бухту. На корме высился Чабби – огромный, основательный и, казалось, неподвластный времени, как скала.
Его половина передала для меня банановый пирог, а для Шерри – наслушавшись ужасов – широкополую пляжную шляпу, сплетенную из пальмовых ветвей. Лицо Чабби приняло еще более скорбное выражение, когда выяснилось, что подарок опоздал – Шерри испеклась до полуготовности.
Пока полсотни канистр перекочевали в пещеру, совсем стемнело. Из собранных в лагуне моллюсков Анджело сварил густую похлебку, и мы собрались у костра. Пришло время посвятить экипаж в подлинные цели экспедиции. Чабби можно было довериться сразу, целиком и полностью – он и под пыткой ничего не сказал бы. А вот Анджело куда спокойнее увезти подальше от Святой Марии: ему случалось сболтнуть лишнее, особенно когда хотелось поразить воображение своих пассий.
Оба слушали как воды в рот набрали. Анджело оставлял первое слово за Чабби, а тот, любя поиграть в молчанку, сидел с каменным лицом ацтекского идола, мрачно уставившись в костер. Убедившись, что театральный эффект достигнут и публика напряглась в ожидании развязки, Чабби извлек из заднего кармана старый, чуть не до дыр истертый кожаный кошелек.
– Мальчишкой я ловил рыбу в заводи у Пушечного пролома и вытянул здоровущего самца морского окуня. В брюхе у него было вот что… – Он вынул из кошелька небольшой диск. – С тех пор ношу при себе – на счастье. Один морской офицер давал за него десять фунтов, и то не уговорил.
«« ||
»» [215 из
339]