Юлия Шилова Любовница на двоих
— Закрой рот, мертвая американская дура! — пробормотала я, словно в бреду.
Я не хотела верить, что в корзине лежит моя маленькая беззащитная дочь... Мое, подаренное Богом, чудо... Мое настоящее и мое будущее. Может, это просто похожая корзина, а в ней чужой ребенок... По-другому просто не может быть... ведь на свете существует настоящая дружба и настоящая женская солидарность. — Но один из братков, которого я раньше видела со Львом, вытолкнул из машины Галину. Она стояла ни жива ни мертва и боялась посмотреть в мою сторону.
— Галина, а ты сука!!! Господи, какая же ты сука!!! — закричала я так, что чуть было не оглохла сама от собственного же пронзительного крика.
Она подняла голову, и наши взгляды встретилась.
— Сука!!! Ах ты сука!!! Неужели ты меня продала?! Неужели продала?! Хитрая продажная тварь! Как же ты могла?! Как у тебя хватило совести?!
Я разрыдалась. Мне не верилось, что все это происходит на самом деле. Братки, Галина и мертвая стукачка, держащая корзину с моей дочерью... Словно это не реальность, а какое-то ужасное наваждение, которое скоро исчезнет, обязательно исчезнет, потому что у меня еще осталась немного здравого рассудка.
— Динка, Динка!!! — кричала я и билась в истерике. — Динка!!!!
Неожиданно все стоявшие под балконом быстро сели в машину и выехали со стоянки. Я дико закричала и прыгнула вниз. Второй этаж оказался не таким уж высоким, и я ничего себе не повредила, разве что слегка вывихнула левую ногу.
Я не чувствовала боли... Только страшную пустоту... Черную, отталкивающую, пугающую пустоту. Я сидела на асфальте, прижимала к груди подаренный мне букет и не переставала выкрикивать имя моей дочери. Тут же появились полицейский, врач и два работника аэропорта. Они помогли мне подняться, взволнованно говорили о чем-то, но я ведь не знаю английского.
Я пыталась им объяснить, что со мной приключилось несчастье, что у меня украли ребенка, что преступников необходимо найти и привлечь к уголовной ответственности, но меня никто не понимал, да и не слушал... Никто. Ни полицейский, ни врач. Работник аэропорта рассматривал мой билет и жестикулировал так, что даже без знания языка было нетрудно догадаться, что рейс на Москву вылетает с минуты на минуту. Но зачем мне лететь домой? Дома меня никто не ждет. Единственный человечек, который нуждается в моей помощи, здесь, его жизнь висит на волоске и может оборваться в любую минуту.
«« ||
»» [209 из
346]