Татьяна Витальевна Устинова - С небес на землю
За плечами у писательницы Поливановой числился один давний и невразумительный развод студенческих времен, а больше ничего подобного не было. Случилась, правда, несколько лет назад «несчастная любовь» – не такая несчастная, как у Кати, и, в общем, даже не любовь, но все же история вышла… грустная.
«Предмет» – когда грусть поутихла, Маня мысленно стала называть его именно так – не обращал на нее никакого внимания, хотя она, как школьница, делала все, чтобы ему понравиться. Она… ухаживала за ним, вот в чем штука! Даже в театр приглашала, и на день рождения в ресторан, где собирались знаменитости, и еще на какие то премьеры в Дом кино, бог весть куда!..
И «предмет» ничего, не отказывался. Ухаживания принимал, ходил и в театр, и в ресторан, и со знаменитостями с удовольствием общался, но дальше… дело не шло. В конце концов все свелось к какой то странной дружбе, где один влюблен, то есть, влюблена, а второй этим пользуется, хорошо проводя время!
Эта странная связь продолжалась года четыре, и Маня все глубже и глубже втягивалась в нее, как наркоман в тяжелые препараты, и в конце концов ей стало казаться, что она и впрямь без него жить не может и он – единственный, кто «ее понимает», и, значит, у нее такая любовь.
Любовь без любви.
И она сама, Маня Поливанова, существует только для того, чтобы «предмету» жилось легко и весело. С кем с кем, а с ней, Маней, всегда было весело!.. И деньгами она его выручала, если вдруг случались «перебои», и с нужными людьми знакомила, и мчалась по первому зову, если вдруг у него бывали неприятности на работе или плохое настроение, смотрела преданными глазами, развлекала, утешала.
Он никогда с ней не спал, и под дождем они не целовались – когда дождя не было, не целовались тоже! Но она все четыре года ждала, когда он наконец «прозреет» и поймет, какое она, Маня, сокровище и как его жизнь будет пуста без нее, если он, в конце концов, в нее не влюбится!
Вот черт побери!..
Сердясь на себя за дурацкие воспоминания, Поливанова выпрыгнула из машины прямо в сугроб – снег моментально набился в туфли – и вытащила с заднего сиденья свой потрепанный портфель.
В портфеле лежала рукопись, написанная совершенно неожиданно для нее самой гораздо раньше срока, и Маня заранее предвкушала восторг издателей.
«« ||
»» [199 из
368]