Сергей Зайцев - Санитары
Неизвестно, для чего строился этот коридор и куда он вел, но путь казался бесконечным. Впрочем, так всегда кажется в темноте и в незнакомых местах, но любые коридоры всегда рано или поздно кончаются.
Вскоре парень стал замечать на стенах островки странной плесени — круглые полуметровые пятна с утолщениями в центре. Сперва они появились слева, и Димка благоразумно сместился в сторону, стараясь держаться от них на расстоянии, но потом плесень проросла и с правой стороны. Пришлось шагать посередке. Жутеньких историй о плотоядной дряни всех форм и размеров, возникших в глухих уголках метро, он слышал немало. И хотя большинство из них, как правило, вранье, так сказать, народный фольклор, но перестраховаться не мешало.
И все же Димка не вытерпел и остановился, чтобы рассмотреть одно из таких пятен подробнее. Медленно поднес руку с зажигалкой, готовый в любой момент отпрянуть. Плесень была голубоватой, с крупными густыми ворсинками, словно мех причудливого животного. Смотреть неприятно, но вроде ничего опасного.
И тут нарост в центре ворсистого круга едва заметно шевельнулся.
Мысленно чертыхнувшись, Димка попятился, но больше никаких признаков жизни не последовало. Однако стоило погаснуть свету, как обнаружилось новое явление — плесень сама слабенько засветилась, будто успев впитать в себя огонек зажигалки, пока Димка стоял рядом.
Еще несколько минут пути. Пятен на стенах становилось все больше, пока они не слились в сплошной ковер, захвативший и свод, и пол. Сплошной меховой рукав, а не коридор. Причем расцветка с каждым шагом все больше менялась, голубоватые оттенки разбавили желтые и фиолетовые. Кое-где из ковра выглядывали твердые на вид, скрюченные наросты — словно причудливые штопоры вывинтились из стен, пробив сплошной ковер изнутри. Еще появился запах — горьковатый, вяжущий при вдохе нёбо и язык. Идти дальше становилось, мягко говоря, страшновато, но продавленные в плесени следы на полу ясно указывали, что Натуралист ходил именно этим путем. Так что ничего не оставалось, как, набравшись решимости, двигаться дальше, ступая прямо по этой мерзости.
Тяжелый удушливый воздух с трудом лез в легкие, словно плесень высосала из него весь кислород и влагу. Возможно, здесь витало слишком много плесневых спор. Как же жаль, что нет респиратора! С другой стороны, в перегонах, где приходилось мотаться по делам Бауманки, он не требовался…
Димка снова остановился, смочил драгоценной водой кусок старой простыни, служившей ему платком, прижал ко рту и ноздрям и завязал концы на шее сзади, чтобы освободить руки. Двинулся дальше, вдыхая и выдыхая через влажную ткань. Так гораздо легче. Зато с ногой становилось хуже — рану под повязкой болезненно дергало при каждом шаге. Пока терпимо, идти можно, но боль подтачивала силы и мешала сосредоточиться.
Щелчок зажигалки, слабый огонек. Слабое дуновение воздуха от движения человеческого тела шевелило пушистые бугры на стенах, так что казалось, будто дышит сама плесень. Неровными толчками билось сердце, а в груди медленно рос тяжелый шершавый ком, мешающий вдохнуть. Димка слышал, что, вдыхая споры, можно серьезно отравиться, и ему уже начинала мерещиться всякая чертовщина.
Например, шаги за спиной. Тихие крадущиеся шаги, на пределе слышимости. Не человеческие. Уже минут пять кто-то крался за ним следом, просто он не сразу это осознал.
«« ||
»» [167 из
279]