Жаклин Уилсон - Дневник Трейси Бикер
— Давай вставай! — Он нагнулся, протянул мне свою большую розовую ладонь, и через секунду я уже была на ногах. — Ну, ты как? Имей в виду — сама во всем виновата. Нечего было хватать мой мяч.
— Я не хватала, я удар оттачивала. А у тебя защита хромает. Смотри!
Я снова приготовилась ударить по мячу, но на этот раз он был умнее и не дал мне даже приблизиться к нему.
— Хватит, малявка! — смеясь, сказал он и убежал с мячом за угол.
— Эй, не уходи! Эй, Футболист, вернись! Поиграй со мной, а? Ведь больше не с кем! Ну давай! А, Футболист?
Но он ушел.
— Ну и ладно. Подумаешь. Все равно играть не умеешь! — завопила я и свернула к дому.
Решила, что дом обязательно станет моим. Пока не начну жить с мамой и у меня не будет настоящего дома.
С подушкой и одеялом у меня ничего не вышло. И с едой тоже. Я пошарила по карманам: не осталось ли в них чего? Под руку попался только прилипший к салфетке кусок жвачки. По крайней мере, когда-то он был жвачкой. Хоть вид у него был не очень аппетитный, все-таки лучше, чем совсем ничего! Денег у меня тоже не было. Похоже, придется играть «в худосочную модель», которой суждено умереть с голоду в собственном доме. Не очень-то весело.
И вдруг случилось нечто странное. За домом тянулась неухоженная дорожка. На ней я нашла старую коробку из-под жареного цыпленка — а вдруг хоть там что-то осталось? Не везет так не везет — кто-то вылизал ее дочиста. Я влезла через боковое окно, осмотрела кухню и прошла в гостиную. Звук моих шагов гулко отскакивал от дощатого пола. Старые шторы были задернуты, и в комнате было темно. Но посредине все так же стоял красный бархатный диван. На одном его конце была черная бархатная подушка, а голубое одеяло аккуратно прикрывало самые грязные пятна.
«« ||
»» [123 из
257]