Александр Зорич - Сомнамбула. Книга первая: Звезда по имени Солнце
– ...Совершенно секретно, – подхватил Матвей скучающим голосом, – и вы просите меня не вести никаких записей.
В наушниках раздался короткий смешок.
– Вовсе нет. Просто я хотел вас предупредить, что мое сообщение может показаться вам набранным из общеизвестных фактов. И, следовательно, скучным. Так что вы можете отказаться от него, я не обижусь.
– Ну нет! Если уж сам отец попросил вас, я не смею отказываться... Вы, кстати, не представились.
– Зовите меня Проводник. Просто Проводник. – Что ж, пусть будет так. Итак, господин Проводник, я весь внимание. – Как вы, возможно, знаете, господин Гумилев, – его собеседник заговорил хорошо поставленным голосом опытного экскурсовода, – еще великий поэт прошлого Афанасий Фет посвятил Венере такие строки:
И целомудренно и смело,До чресл сияя наготой,Цветет божественное телоНеувядающей красой.Под этой сенью прихотливойСлегка приподнятых волосКак много неги горделивойВ небесном лике разлилось!Так, вся дыша пафосской страстью,Вся млея пеною морскойИ всепобедной вея властью,Ты смотришь в вечность пред собой.
– Восхитительно! – воскликнул Матвей. – И хотя это чарующее творение русского поэта, – продолжал Проводник, довольный произведенным эффектом, – посвящено богине красоты, а не планете, мы не проводим между этими понятиями четкой границы. В последние годы эти строки Фета стали, можно сказать, неофициальным гимном корпорации «Кольцо». Слова «Цветет божественное тело неувядающей красой» задают для нас тот горизонт – вполне достижимый горизонт, заметим, – в котором разворачивается наша деятельность по благотворному преобразованию Венеры... И сейчас вы, Матвей, сами в этом убедитесь. Достаточно только повторить мой маневр.
При этих словах Проводник энергично увел свою авиетку вниз, исчезнув из поля зрения Матвея.
Матвей выдал импульс на верхнюю группу дюз, заставив свой «Скорпион» клюнуть носом.
Небесная сфера повернулась вокруг него на девяносто градусов, и он наконец увидел...
«« ||
»» [145 из
280]