Александр Зорич Сергей Челяев - Три капитана
И все же я с удовлетворением отметил, что вопрос задал человек, не входящий в первый десяток списка личного состава, человек, относящийся к "пассажирам". Ведь в первом десятке значатся люди, без которых корабль не переживет даже минимальных поломок.
Вопрос был все-таки из области любительщины, и Васильев ответил в присущей ему манере: по существу.
– К сожалению, Георгий Владимирович, – (уже к первой встрече Васильев знал всех членов экипажа "Звезды" по имени-отчеству), – полная рециркуляция кислорода и жидкостей вкупе с нашими плантациями, оранжереями и белковыми синтезаторами – это всё вместе достаточно капризная штука. Никто не даст полной гарантии, что система не разладится и мы сможем прожить на "Звезде" безбедно полтора десятка лет. А потом еще столько же в ходе возвращения. Поэтому, не вдаваясь в детали, скажу главное. Реалистический инженерный расчет сделан таким образом, чтобы наш экипаж, в случае чего, смог некоторое время поддерживать работоспособность при условии полного выхода из строя СЖО. Вне зависимости от состояния оранжерей, белковых синтезаторов и водоочистителей мы сможем питаться, упрощенно говоря, тушенкой, шоколадом, витаминами и питьевой водой из резервных баков. В действительности же наш рацион составлен из ста семидесяти различных наименований. И вот такого рода рацион рассчитан на 600 полетных дней. И еще на 600 дней пребывания в целевой системе.
– А если возникнет необходимость пробыть в целевой системе, скажем, 700 суток? – Спросил кто-то из дальнего угла кают-компании.
– Если возникнет такая необходимость... – Васильев сделал паузу.
Лицо криотехника было бесстрастным и строгим, как у Пекарева, преподавателя математики в академии, которого я запомнил на всю жизнь благодаря его упорному, прямо-таки маниакальному пристрастию вызывать к доске кадетов исключительно на букву "Н".
– ...Если возникнет такая необходимость, – повторил он, – то на обратном пути одно из двух. Либо оранжерея нас все-таки прокормит, либо придется совсем не вылазить из гибернации... Сократить вахты до трех человек, до двух... Так что будем дружить, – подытожил Васильев и неожиданно подмигнул аудитории.
На сей раз ответом ему было всеобщее молчание.
Впрочем, Васильев и не нуждался в комментариях. А сразу по окончании встречи он представил мне список предложений по первой полетной вахте. В списке бодрствующих значился и я.
"Что ж, кажется, сработаемся", – подумал я тогда.
«« ||
»» [112 из
331]