Александр Зорич Сергей Челяев - Три капитана
Б-р-р, покидать станцию через эти кротовые норы я бы не захотел ни за какие коврижки! И о том что могло бы заставить меня это сделать в случае какого-нибудь рокового ЧП, думать вовсе не хотелось.
Из хитрого и подчас загадочного для меня разномастного оборудования, которое на станции было размещено очень компактно и эргономично, мне запомнились огромные медиакамеры, которые были вмонтированы в борта станции на этаких подвижных гиростабилизированных турелях.
Поскольку орбиталка принадлежала геологам, они разместили тут всё необходимое для спектрографирования – комплексной съемки планеты из космоса во всех возможных областях спектра, вплоть до радиодиапазона.
– Можно даже залегающие породы разглядеть, и не надо никаких СР-сканеров. Только чтоб неглубоко, – пояснил Минералов, и я лишь теперь понял, насколько он со своей фамилией органичен в этой епархии Вулкана и Персефоны. – Жаль, тут урожая не посадить... А когда я в Солнечной работал, мы очень четко отслеживали из космоса рост злаков. Ведь у пшеницы, ржи и ячменя свой особенный спектр отражения. И он постоянно меняется, пока колосок вырастает.
– Я так понял – пока не посадить? – уточнил я. – Ведь планета будет терраформирована в самом ближайшем будущем?
– Ну вообще-то, – сказал Минералов, – из того факта, что Беллону назначили полигоном для терраформирующих технологий, еще не следует, что ее и в самом деле когда-либо терраформируют.
Теперь я смотрел на Минералова уже с гораздо большим интересом. При всей его вялости и апатичности не стоило забывать, что перед нами настоящий профессионал, которому в отсутствие Бирмана доверяли целую орбитальную станцию.
И ничего, летает ведь! Или тут они выражаются как мореманы – "ходит"?
– Некогда такие штуки как у вас очень своевременно отследили древесную лихорадку в лесах бассейна Ориноко, – произнес доселе молчавший Смагин. – Ведь спектр меняется и у больных растений, верно?
– Точно так, – согласился Минералов. – Так вы тоже геолог?
«« ||
»» [178 из
331]